Ушел Марк Рудинштейн…
14 октября 1943 года состоялся единственный относительно успешный массовый побег из концлагеря. Среди его организаторов были и заключенные, которые попали в Собибор из Беларуси, после побега партизанили там, а затем вернулись в родные города…
Александр Печерский
3 мая на экраны всего мира вышел фильм Константина Хабенского «Собибор. Легенда о побеге». Большинство зрителей узнали о событиях, которые описываются в фильме, только сейчас. Хотя миру подвиг узников был известен давно, а в Голливуде о нем сняли фильм «Побег из Собибора», который получил премии «Эмми» и «Золотой глобус».
В СССР о восстании писали в первые послевоенные годы, а затем, по не вписывавшимся в идеологию партии причинам (в том числе антисемитским), о нем забыли.
И только в последние годы память о Собиборе безнадежно пытается наверстать упущенное, но в живых уже давно нет ни легендарного руководителя восстания Александра Печерского, возглавившего побег, ни минчанина Бориса Табаринского, ни Наума Плотницкого из Лунинецкого района, ни многих-многих других, кто был достоин особого почитания.
250 тысяч человек умертвили газом, а затем сожгли
Нацистский лагерь Собибор располагался на юго-востоке Польши близ деревни Собибур. За полтора года — с 15 мая 1942 по 15 октября 1943 года — конвейер смерти уничтожил 250 тысяч человек. Сюда свозили евреев со всей Европы. Так, из 34 тысяч граждан Голландии уцелели только двое, из 30 тысяч граждан Чехии — один, из 13 тысяч граждан СССР — девять…
Вот как описан конвейер смерти в книге «Александр Печерский: прорыв в бессмертие».
— Эта «фабрика смерти» находится между Влодавой и Хелмом. Она окружена четырьмя рядами проволочных заграждений высотой в три метра, — вспоминал Печерский. — За проволочными заграждениями находится заминированное поле шириной в 15 метров и ров, заполненный водой. В самом лагере много сторожевых вышек и охранных постов. В первом лагере, куда нас отсортировали, расположены мастерские: сапожные, портняжные, столярные. Здесь же находятся два дома для немецких офицеров. Как только вас отделили и привели сюда, остальных увели во второй лагерь. Вам повезло. Обычно туда направляют всех прибывших, никого не оставляют. Из первого лагеря имеется проход во второй лагерь, куда гонят основную массу прибывших лагерников. Там им приказывают положить привезенные с собою узлы и раздеться, чтобы идти в «баню». У женщин отрезают волосы. Все делается тихо и быстро. Потом происходит сортировка и упаковка их вещей. А людей отправляют в третий лагерь, в так называемую «небесную дорогу»… Женщины идут вместе с детьми в одних нижних рубахах. За ними, на расстоянии ста шагов, под усиленной охраной, идут совершенно голые мужчины. Вот там, недалеко от места, откуда виден дым, и находится «баня». Там имеются два здания: одно для женщин и детей, второе — для мужчин. Внутреннее устройство этих помещений я сам не видел, но рассказывали, кто знает. На первый взгляд, там устроено все так, как положено быть в бане: краны для горячей и холодной воды, бочки для мытья… Как только люди входят в «баню», за ними немедленно запирают двери и сверху начинают спускаться густые, темные клубы дыма. Раздаются душераздирающие крики. Но продолжается это недолго. Вскоре крики переходят в клокотание, хрип, люди, задыхаясь, корчатся в предсмертных судорогах. Матери собственным телом пытаются прикрыть детей. «Банщик» следит через маленькое окошечко в потолке за ходом «процедуры». Пятнадцать минут — и все кончено. Тогда открывается пол, и мертвые тела вываливаются в вагонетки, заранее подготовленные в подвальном помещении «бани». Нагруженные вагонетки выкатывают из подвала. Все делается быстро и организованно, по последнему слову немецкой техники. Тела складывают в определенном порядке, обливают горючей жидкостью и поджигают. Если не завтра, то через неделю или месяц…
«В Минск мы прибыли в конце лета 1942 года»
Александр Аронович Печерский родился в 1909 году в Кременчуге. В октябре 1941-го он попал в плен под Вязьмой. В плену заболел сыпным тифом.
— Всех больных тифом немцы обычно расстреливали. Я сумел скрыть свою болезнь и как-то чудом остался жив, — продолжаем читать воспоминания героя. — В мае 1942 года вмвместе с четырьмя пленными пытался бежать, но нас поймали и отправили в штрафную команду в Борисов, а оттуда – в Минск. В Минск мы прибыли в конце лета 1942 года. В лагере, в лесу, нас было несколько сот человек. В один из августовских дней нас выгнали из бараков и построили в шеренгу по два для отправки в Германию. Перед отправкой произвели медицинский осмотр и обнаружили, что я еврей. Кроме меня было выявлено еще восемь евреев. Нас, девятерых советских военнопленных, привезли в район Минска, в «лесной лагерь» и бросили в так называемый «еврейский подвал». В подвале мы пробыли десять суток. За это время нас ни разу не выводили…
Из подвала заключенных перевели в лагерь на улице Широкой. В конце сентября 1943-го евреев погрузили в эшелоны и отправили, как им сказали, на работу в Германию. На пятые сутки, 22 сентября 1943 года, к вечеру, эшелон прибыл на заброшенный полустанок. Большими черными буквами по белому было написано «Собибор».
— Со многими из теперешних собиборовцев я был тесно связан еще по минскому лагерю, — вспоминал Печерский. — Особенно близко подружился я со Шлойме Лейтманом (он погиб во время восстания. — Ред). Он мебельщик из Варшавы, коммунист, несколько лет сидел в польских тюрьмах. После нападения гитлеровской Германии на Польшу в 1939 году переехал в Минск… В трудные минуты люди обращались за советом к нему. В прошлом мы вместе уже обдумывали побег, чтобы найти дорогу к партизанам. Теперь же речь шла о массовом бегстве.
Чтобы подготовить и успешно осуществить беспрецедентное восстание, красноармейцам хватило трех недель. По плану Печерского, необходимо было поодиночке уничтожить офицеров, управляющих лагерем. Были созданы специальный группы для того, чтобы перерезать телефонную связь, а в начале восстания взять под контроль оружейный склад и прорвать проволочное заграждение у офицерского дома.
«Шубаев ударил фашиста обухом топора по голове»
— Ночью мы раздали ножи, а также несколько десятков изготовленных кузнецами по нашему заказу небольших топориков, таких, чтобы было удобно спрятать под полой, — пишет Печерский.
Офицеров уничтожали по одному. Вот один из примеров, описанный Печерским:
— Когда унтершарфюрер Эрнст Берг вошел в портняжную мастерскую, все как обычно встали. Шубаев отошел к краю стола. У ножки стола стоял топор, прикрытый гимнастеркой. Унтершарфюрер снял пояс с кобурой вместе с пистолетом и положил на стол. Снял френч. Портной Юзеф сразу же подскочил с костюмом и стал его примерять Бергу. Сеня (возможно,Мазуркевич, о котором пойдет речь ниже. — Ред.) пододвинулся к столу, чтобы в случае необходимости он смог перехватить пистолет. Под предлогом лучшего освещения Юзеф повернул немца спиной к Шубаеву. В этот момент Шубаев ударил фашиста обухом топора по голове. Тот так заорал, что лошадь на дворе вздрогнула, навострила уши и рванулась. К счастью, одному из парней удалось схватить лошадь за уздечку. От второго удара немец замолк навсегда. Труп задвинули под кровать и закрыли тряпками. Вытерли и накрыли следы крови на полу.
После общего построения сотни восставших ринулись на прорыв заграждений и штурм ворот. Узники, у которых было захваченное оружие, открыли стрельбу по охранникам, другие бросали в них песок и камни. Многие погибли при прорыве.
Из 550 узников 130 не участвовали в побеге, около 80 погибли, а 320 достигли леса. Из них были пойманы и казнены 170. Восемь бывших советских военнопленных вместе с Печерским форсировали Буг и присоединились к партизанам.
До победы дожили 53 узника Собибора. После восстания фашисты ликвидировали лагерь.
«О подвиге отца узнала из книги»
Лариса Подрецкая, дочь Семена Мазуркевича, живет в Минске. Она рассказала нам, как узнала о подвиге отца.
— В начале 90-х году я зашла в книжный магазин и случайно купила «Черную книгу» (составленную в 1943 — 1944 гг. Ильей Орренбургом и Василием Гроссманом. — Ред.). Брат Борис взял ее почитать и звонит мне на следующий день: «Лариса, это же про нашего отца!» Мы ничего не знали о том, как он воевал. Нам было известно только, что он погиб 17 марта 1945-го в Польше при освобождении Данцигского коридора. Война началась, когда мне было два года, брату — три, и только родился младший сын. По рассказам мамы, отец был заботливым и любящим семью человеком. Работал на минском заводе «Ударник», а перед войной — культработником в доме отдыха в Ратомке. Он служил срочную в 30-е, воевал в финскую…. Мы сделали запросы в архивы, и нам пришел ответ, что Семен Яковлевич Мазуркевич действительно был в плену в 1943-м. После войны приехал его сослуживец и хотел жениться на маме, но она отказала, ждала отца до конца своих дней, но так и не дождалась.
Во время восстания Печерский поручил опытному солдату Мазуркевичу важную миссию ликвидации одного из главарей лагеря.
— В швейную мастерскую заявился начальник общелагерной охраны обершарфюрер Эрберт Хельм. Оттуда он уже не вышел. Сеня (Мазуркевич. — Ред) его уложил одним махом, как только немец переступил порог мастерской, — вспоминал Печерский.
Жена ждала Семена Мазуркевича до конца жизни, но так и не дождалась. Фото: личный архив
После побега узники разделились на несколько групп. Мазуркевич был вместе с Печерским. В белорусских лесах солдаты, в том числе Печерский, присоединились к партизанскому отряду. В Национальном архиве Беларуси хранятся документы, свидетельствующие о боевых подвигах Печерского. Он сражался с 1 декабря 1943 года до 20 апреля 1944-го в отряде имени Щорса в Брестской области.
В боевой характеристике говорится, что Печерский участвовал в двух спусках под откос воинских эшелонов, активно участвовал в боях и на обороне Днепро-Бугского канала.
Среди узников, которые присоединились к партизанам, было еще несколько уроженцев Беларуси. Наум Плотницкий родился в 1913 году в Лунинецком районе Брестской области. Во время восстания возглавлял группу, штурмовавшую оружейный склад. Плотницкий освобождал Брест и Гдыню. В апреле 1945-го был награжден орденом Красной Звезды. В приказе о награждении говорится: «В бою по прорыву вражеской обороны на реке Одер 24 апреля 1945 года огнем из своего миномета уничтожил три огневые точки противника». Впоследствии Плотницкий эмигрировал в Израиль.
После войны Печерский делал все возможное, чтобы память о восстании не угасла. В частности, он организовывал встречи бывших узников, которые собирались раз в пять лет. Среди них был и Борис Табаринский.
Борис Табаринский 40 лет работал в Минске на кожгалантерейной фабрике
До войны Борис работал слесарем. Но когда по приезде в Собибор нацисты спросили, есть ли среди прибывших плотники и портные, он назвался плотником. Поэтому его не убили, а направили делать крыши.
Во время восстания его группа вырезала отверстие в заборе из колючей проволоки возле дома коменданта лагеря — это был запасной путь для побега.
Печерский написал о Табаринском в своей книге:
— Война застала его в Минске. Борис был младшим лейтенантом запаса и сразу явился в военкомат. Там ему велели ждать вызова. Но Минск был захвачен немцами. Борис с сестрой Маней пытались вырваться из окружения. Днем и ночью шли они со многими беженцами на восток. На Московской магистрали немцы перерезали им дорогу и заставили повернуть обратно. Когда они добрались до Минска, их дом, в числе множества других, уже был разрушен. Ежедневно их гоняли на расчистку города. В июле-августе 1941 года всех минских евреев согнали в гетто… Позже Борис попал в эсэсовский рабочий лагерь на Широкой, а в сентябре 1943 года вместе с другими евреями его отправили в Собибор. «Наилучший день в моей жизни, — любил говорить Борис Табаринский, — это день восстания в Собиборе. Помню, как мы прорывались из лагеря, как потом, на второй день, прятались вместе с тобой в зарослях кустарника возле железной дороги. Ты принял правильное решение разделить большую группу на несколько маленьких. Мы разошлись по нескольку человек, и нам удалось уйти от преследователей и встретить партизан».
Борис Табаринский и Аркадий Вайспапир вступили в партизанский отряд имени Фрунзе. В отряде Табаринский был пулеметчиком… Из партизанского отряда Борис Табаринский ушел в Красную армию и до конца войны был на фронте. Участвовал в боях за Варшаву, Восточную Пруссию, брал Данциг, форсировал реку Одер. Победу он праздновал в Штеккене. В 1947 году демобилизовался и вернулся в Минск. Поступил на ту же кожевенно-галантерейную фабрику, где работал до войны.
Встреча бывших узников Собибора. Полешук Наум Плотницкий — крайний справа.
Мы обратились на столичную галантерейную фабрику, где работал Табаринский, чтобы узнать, как сложилась его судьба дальше. Нам всеми силами пытались помочь, но, к сожалению, людей, которые бы близко его знали, в живых уже не осталось… В трудовой книжке Бориса Израилевича написано, что после войны он на протяжении 40 лет трудился на различных рабочих специальностях, был ветераном труда. Также нам сообщили, что Борис был женат на Розе — девушке, которая единственная из своей семьи выжила в минском гетто. Умер Борис Табаринский в 2004 году.
Андрей ОСМОЛОВСКИЙ, «Комсомольская правда в Белоруссии» (kp.by)
Похожие статьи
