С праздником Ту би-Шват!
Репатриант, давно живущий в Израиле, побывал в белорусском городе, история которого тесно связана с евреями, и поделился впечатлениями с «Вестями»
Самым ярким впечатлением в Витебске для меня стала история Елены Дворкиной — израильтянки, которая уехала из этого города 25 лет назад. Приехав сюда в командировку, Елена случайно попала в кабинет, где местный антисемит уволил ее за мать-еврейку. Что произошло с Еленой, когда она переступила этот порог снова 25 лет спустя — вы еще узнаете, а пока я вам расскажу, как выглядит теперь Витебск и есть ли там евреи.
Город Шагала
В мире есть мало городов, так использующих славу одного своего уроженца, как Витебск. Впрочем, оно и немудрено – первая ассоциация, возникающая при названии этого города: Марк Шагал.
Удостоверение участника проекта «Свадебная феерия». Фото: Давид Шехтер
Витебск наполнен Шагалом: два памятника, два музея Шагала. Цитаты из книг и писем Шагала украшают заборы. Недавно здесь даже отпраздновали столетнюю годовщину свадьбы Марка Шагала и Беллы Розенфельд. Специальный культурный проект получил официальное название «Свадебная феерия – влюбленные над городом». По этому поводу был выпущен бюллетень и удостоверение участника мероприятия.
Конечно, есть и другие города, также активно использующие память своих еврейских уроженцев. Прага, например, полна упоминаниями о Кафке и Големе — если, конечно, этого глиняного человека, сотворенного каббалистом МАГАРАлем, можно назвать ее уроженцем. Но у Праги, кроме этого, есть еще очарование ее старинных, красивых и уютных улочек. Витебску не повезло — он почти полностью был разрушен во время Второй мировой войны. Города, изображенного на картинах Шагала, — одноэтажные домики из рыжего кирпича с летающими над ними юношей и девушкой, лица которых, как правило, являются портретами Мастера и Беллы, — больше не существует.
Цитаты из книг и писем Шагала украшают заборы Витебска. Фото: Давид Шехтер
После войны город восстановили, понастроив здания сталинского ампира, а потом бетонные хрущобы. Эта советская архитектура безвкусна и не интересна, ее можно найти в любой точке бывшего Советского Союза.
Витебск и Шагал
По Витебску меня водил замечательный краевед Аркадий Шульман, знающий свой город в мельчайших подробностях – архитектурных, исторических, искусствоведческих. Влюбленный в Витебск и Шагала, он постарался передать и мне эту влюбленность, показывая такие уголки старого города, на которые я сам не обратил бы внимания.
Вот развалины хабадской синагоги, где молился отец Шагала, и в которую юный Марк, тогда еще звавшийся Мойше, пытался устроиться кантором. К счастью для мировой культуры, попытка оказалась неудачной.
А вот чудом сохранившийся дом, где прошло детство Шагала. Он знаком нам по полотнам мастера — одноэтажная постройка из красного кирпича в три окна на фасаде.
Кстати, Шагал при всей его буйной фантазии, изображая реальную натуру, был всегда очень точен. Нарисованные на его картинах домики в действительности имели три окна.
Первая мастерская Шагала – домашняя печь. Фото: Давид Шехтер
Сегодня в доме музей, наполненный фотографиями и репродукциями работ Мастера. Все — копии, как и предметы быта того времени. Их собирали с миру по нитке, но ни одна вещь, находящаяся в музее, семье Шагала не принадлежала. Единственное, что сохранилось в подлиннике, — это первая мастерская художника: большая печь, в которой готовили пищу. Чтобы мальчик не пачкал все вокруг красками, ему разрешали рисовать только на печи. Он забирался на нее, и там, глядя сверху вниз на жизнь рядовой еврейской семьи, степенно протекавшую в домике, создавал свои первые рисунки.
Оригинальных картин Шагала нет в этом музее, как нет и во втором, носящем громкое название «Арт-галерея Шагала». В ней посетителю крутят французский фильм о Мастере, можно также полюбоваться альбомами и книгами о художнике. Но везде — только фотографии и репродукции.
После смерти Мастера в 1985 году его внучки, руководящие Шагаловским комитетом в Париже, обратились к тогдашним руководителям Витебска с предложением пожертвовать работы деда. Внучки хотели, чтобы в родном городе, который Шагал так любил, находились его картины. Витебские партийные функционеры отвергли это баснословно щедрое предложение. Их не интересовало искусство Шагала, к тому же они боялись связываться с сочувствовавшим израильским экспансионистам художником. Поэтому в Витебске сегодня нет ни одного подлинника Шагала.
Когда несколько лет назад начали строить новую синагогу, то Аркадию Шульману пришла в голову идея украсить ее репродукциями Шагала. Выбрали 12 витражей из иерусалимской больницы «Хадасса», изображающие 12 колен израилевых. Для получения права на использование репродукций обратились в Шагаловский комитет. Внучки Мастера оказались незлопамятными и разрешили. Вот так первая синагога, построенная в Витебске за последние 100 лет, оказалась украшенной работами Шагала.
Евреи Витебска
До войны в Витебске проживало около 40.000 евреев, а до революции здесь работали 30 синагог и 30 молельных домов. При советской власти все синагоги закрыли, а в той, где молился отец Шагала, устроили аптечный склад.
Фашисты оккупировали Витебск в июле 1941 года, а к ноябрю в гетто не осталось ни одного живого еврея. После войны кое-кто из успевших эвакуироваться вернулся. Но, конечно, количество евреев, живших здесь к концу 80-х годов прошлого века, то есть до начала волны репатриации в Израиль, невозможно сравнить с довоенной еврейской общиной.
Сегодня по официальным данным в нем проживает около 2000 евреев, а люди знающие говорят, что на самом деле их меньше тысячи. Тем не менее, год назад здесь открыли новую красивую синагогу, здание которой, как и было заказано архитектору, соответствует стилю окружающих ее домов. Синагога расположена в бывшем еврейском районе, где остались кое-какие дома из красного кирпича. Поэтому и ее выстроили из красного кирпича.
Новая витебская синагога. Фото: Давид Шехтер.
В течение последних 30 лет в Витебске верующие евреи собирались в молельном доме, находившемся в частном домике, пожертвованном общине семьей, сделавшей алию.
Как пишет местная газета, «молельный дом перестал справляться с нагрузкой. У молодых витебских евреев стал проявляться и расти интерес к религии».
Прочитав эти строчки, я им не очень поверил. Но проведя в этой синагоге субботу, я увидел много молодежи. На утренней молитве было более 30 мужчин, среди них много молодых, а одному мальчику недавно отпраздновали бар-мицву.
Главный раввин Витебска Малкиел Горгадзе вместе с супругой Нехамой-Диной работают здесь с момента открытия новой синагоги. По словам Малкиела, в синагоге функционируют вечерний и утренней коллели, ведутся занятия для женщин и молодежи, два раза в будни и в субботу проходит утренняя молитва в миньяне. А с 1 апреля, и это не шутка, миньян собирается каждое утро.
А как же антисемитизм? Исчез с исчезновением советской власти? По мнению Аркадия Шульмана, ситуация в городе изменилась кардинально.
— К евреям теперь относятся, как к какой-то экзотике, — говорит Аркадий. — Нас перестали ненавидеть, а видят нечто полезное. Поэтому и отношение совершенно иное.
По словам Иланы Ломкин, главы представительства Еврейского агентства в Беларуси, Сохнут активно действует в Витебске. В городе есть полноценный офис Сохнута, который организует работу практически во всех сферах его деятельности: ульпаны иврита, воскресные школы, лагеря для детей — летние и зимние, и многое другое.
«Мы стараемся помочь евреям остаться евреями, то есть делаем все от нас зависящее, чтобы укрепить их еврейскую самоидентификацию», — говорит Илана.
Фестиваль в честь Израиля
Мне довелось присутствовать на фестивале «Шалом Израиль», организованном 31 марта в Витебске Еврейским агентством и ассоциацией «Горизонты Израиля». В нем приняли участие представители десятка муниципалитетов: Хайфы, Афулы, Ришон ле-Циона, Арада, Рамлы и других, министерств абсорбции, здравоохранения, социального обеспечения, службы «Битуах леуми», инженерного колледжа Сами Шамуна, Управления по делам студентов, больницы «Левинштейн», программы Сохнута «Первый дом на Родине». На фестиваль приехали из Израиля специальные консультанты по ипотечным ссудам и по трудоустройству.
Специалист по трудоустройству в Израиле, сотрудник Сохнута доктор Велвл Чернин дает консультацию во время работы фестиваля. Фото: Давид Шехтер
Более 650 евреев не только Витебска, но и Гродно, Полоцка, Бреста и даже столичного Минска собрались в театре имени Якуба Колоса, чтобы получить информацию об Израиле. Гендиректор «Горизонты Израиля» Шимон Коэн был приятно удивлен и обрадован тому, «как много евреев даже из дальних мест приложили усилия, чтобы попасть на этот фестиваль и лично, из первоисточника, узнать, чем живет и дышит современный Израиль».
Председатель Еврейского агентства Ицхак Герцог: «Семинары, ярмарки и встречи с гостями из Израиля, организованные Еврейским агентством и ассоциацией «Горизонты Израиля», предоставляют участникам уникальную возможность получить информацию об Израиле из первых рук. Нам важно, что лекторы не только говорят на одном языке со слушателями, но и сами были репатриантами, которые лично прошли процесс абсорбции, что придает их лекциям дополнительный вес. Нет никаких сомнений, что такие мероприятия укрепляют еврейскую идентификацию участников и их связь с Израилем».
Метаморфоза
Завершить свой рассказ о Витебске я хочу историей, которую узнал в ходе работы фестиваля. Подготовкой приезда израильской группы в Витебск руководила глава отдела перевозок Сохнута Елена Дворкина. И руководила замечательно. Когда, приехав в театр, мы зашли в комнату, отведенную для израильских гостей, я увидел, что на Елене, женщине энергичной и очень уверенной в себе, просто лица нет.
— Лена, вам плохо? — спросил я.
Елена Дворкина в том самом кабинете, где ее уволили из театра за еврейскую мать. Фото: Давид Шехтер.
— Наоборот, мне очень хорошо, — ответила она и рассказала, какие воспоминания у нее связаны именно с этой комнатой.
Елена родилась в Витебске, закончила местное культпросветучилище. Ее выпуск подготовил актеров для двух местных театров – кукольного и драматического. Елена поступила актрисой в театр имени Якуба Колоса.
По отцу она была Козловская Елена Васильевна, и никто, когда ее принимали на работу, не поинтересовался именем матери. Но когда главный режиссер, злобный антисемит, узнал, что маму зовут Роза Хаймовна, то театральная карьера Елены моментально закончилась. Ее вызвал к себе в кабинет директор и уволил.
Официально — за профнепригодность. Но и Елена, и все в театре знали, что истинной причиной стала еврейская мать. Было это в том самом 1985 году, когда витебские власти отказались от картин Марка Шагала.
Удар был сильным, но Елена не сломалась, нашла другую работу, а в 1989 году начала восстанавливать еврейскую общину, возглавила молодежное движение в Витебске и организовывала молодежные еврейские лагеря по всей Беларуси. Именно Елена была одним из основателей фестиваля Пуримшпиль, празднование 25-летия которого проходило одновременно с фестивалем «Шалом Израиль».
Когда Елена вместе с другими израильтянами вошла в приготовленную для них комнату, то сразу узнала кабинет директора театра, где ее уволили за мать-еврейку.
— Это мистика, я просто не могу поверить, — сказала она мне. — Какое огромное счастье, что я уже 25 лет живу в Израиле! И что я вернулась сюда, в тот самый кабинет, где меня так обидели и унизили, начальником отдела огромной еврейской организации, которая делает все возможное, чтобы ни один еврей больше никогда не испытал подобного унижения!
Давид ШЕХТЕР, vesty.co.il
Похожие статьи
