Ушел Марк Рудинштейн…
В Венчальном зале синагоги Петербурга открылась выставка Анатолия Каплана «Мазл тов». На ней представлено около 70 работ художника из собрания Исаака Кушнира. Эти работы – литографии, рисунки и офорты, гуаши и 
живопись, а также керамика — посвящены теме еврейской свадьбы, отсюда и название выставки. Открыта она будет до 27 сентября 2019 года.
– Я 37 лет отработал на заводе «Электросила» и отношения к искусству не имею – кроме того, что я его люблю и что-то делаю для него. Я всегда шутил, что на работе отдыхаю от художников, а среди произведений искусства отдыхаю от работы, — говорит о себе автор выставки и владелец работ Исаак Кушнир.
Исаак Кушнир – коллекционер и крупнейший популяризатор творчества Каплана, лауреат Премии правительства Петербурга в области литературы и искусства, премий имени Лихачева, «Петрополь» и «Книжный червь». Ему принадлежит большая часть творческого наследия Анатолия Каплана. Кушнир выпустил десятки альбомов и книг, организовал ряд выставок Каплана в разных городах мира. Экспозицию именно «свадебных» работ Каплана он делает впервые.
Мы попросили Исаака Яковлевича рассказать о выставке и своей деятельности.
Как возникла идея выставки
Коллекционер Исаак Кушнир
Мне позвонил главный раввин Петербурга М.-М. Певзнер и сказал, что хотел бы по-новому оформить Венчальный зал Синагоги к началу туристического сезона. Рав Певзнер с председателем общины Марком Давидовичем Грубаргом приехали ко мне в гости и посмотрели мою коллекцию. В творчестве Каплана есть целый ряд сквозных тем: свадьба, смерть и похороны (как-то раз я подготовил для Эрмитажа подборку из 160 работ Каплана с козочками). Поскольку в данном случае речь идет о Венчальном зале, то стало понятно, что наша тема – свадебная. Я подобрал около 100 работ в различных техниках, посвященных еврейской свадьбе. Но в зал поместилось только 70. Здесь представлены в числе прочего керамические работы Каплана. Например, триптих «Свадебный танец». Эта сторона творчества Каплана известна меньше, чем литографии; заниматься керамикой художник начал поздно, в 68 лет. Керамику я обычно не выставляю, она только в четвертый раз покидает мой дом – но я не устоял перед обаянием Марка Давидовича и раввина Певзнера. Организацию выставочного пространства взял на себя дизайнер Дмитрий Мухин. Мы заказали новые витрины, рамы, конструкции. Руководство общины безотказно пошло нам навстречу во всем, было готово исполнить любой каприз.
Я люблю Синагогу и этот зал, и сделать выставку в ее стенах для меня – большая честь.
Как я начал коллекционировать Каплана
В 1976 году я приехал в Польшу. Гуляя там по книжным магазинам, наткнулся на немецкое издание книги о Каплане. «О, еврейская фамилия», – подумал я, открыл книгу – и ахнул. Я увидел сюжеты из жизни штетла (Каплан родом из Рогачева), местечковых персонажей и понял, что это про меня. Ведь я родился и до 18 лет жил в еврейском местечке, все детство говорил на идише. Умирание штетла и идиша для меня – большая личная трагедия. Каплан поразил меня щемящей достоверностью своих работ. Так произошло мое первое знакомство с творчеством художника.
И я начал собирать – не только работы художника, но и документы, фотографии, письма, личные вещи, дневники, записные книжки, блокноты; написанные о нем книги. Это труд, большой труд.
К сожалению, мне не удалось познакомиться с Капланом лично. Я вернулся из Польши в 1977 году, приехал в Ленинград. Пока я искал выходы на людей, которые могли бы познакомить меня с художником, он ушел из жизни. Вот такая не-встреча.
После смерти Каплана его творческое наследие хранил у себя его племянник Виктор. В Ленинграде я тесно общался с близкими друзьями Каплана Леоном Нисенбаумом и Давидом Гоберманом — они, что называется, «попробовали меня на зуб» и рекомендовали меня Виктору. Я купил все, что у него было, и моя коллекция существенно пополнилась.
Свою последнюю покупку я сделал в Ереване два года назад – приобрел пастель и 12 рисунков Каплана у близких друзей семьи Капланов. Они сказали мне: «Торговаться не будем, дашь, сколько сочтешь нужным — работы Каплана должны быть у тебя!».
Мне удалось собрать крупнейшую в мире коллекцию. Для сравнения: в коллекции Эрмитажа 350 единиц, в Русском музее 500, у меня – 2500.
Каплан и Исаак
Д-р Валерий Дымшиц однажды написал замечательную фразу: «Исааку очень повезло с Капланом, но и Каплану повезло с Исааком».
Для меня коллекционирование работ Каплана – не бизнес-проект. Мне важно делать выставки, выпускать книги и публикации. Все для вас, родимых! В юбилейном 2013 году я сделал восемь выставок Каплана. На год 120-летия со дня рождения Каплана у меня серьезные планы совместно с Еврейским музеем и центром толерантности в Москве, с Еврейским музеем Берлина.
Тевье и Голда. 1976 год. Собрание Людмилы и Исаака Кушнир
Я нередко дарю произведения Каплана музеям – так, Русскому музею я передал 64 работы. Уже много лет подряд организую в Рогачеве, на родине художника, Каплановские чтения. А в местной художественной школе есть мемориальная стена, посвященная Каплану. Каждый год учащиеся школы, дети 6–14 лет, готовят выставку «Волшебный мир Каплана». Однажды я туда приехал с женой, и она разрыдалась, настолько это было трогательно. Как это может быть, что белорусские дети так проникновенно пишут работы, пронизанные еврейскими мотивами? Эти козочки, эти персонажи, нарисованные гуашью и карандашом! Я приобрел все эти работы и выставил их в Петербурге, в Еврейском центре на Рубинштейна, а также привез с собой 20 детей – они жили в Петербурге несколько дней, увидели выставку своих работ, посмотрели город. Я рад, что удалось подарить детям чудо и мечту. Один французский коллекционер умолял меня продать ему несколько работ, но я отказался наотрез.
О судьбе Каплана
Анатолий Каплан был единственным «официальным» еврейским художником. Он прожил большую жизнь, закончил Академию художеств, учился у Петрова-Водкина. После Академии занимался книжной графикой, например, иллюстрировал книгу Дойвбера Левина (1932 г.). Считал своим главным учителем Верейского, у которого научился технике литографии. В последние годы жизни занимался керамикой и офортами.
Горбатый столяр. 1978 год. Собрание Людмилы и Исаака Кушнир
В 1961 году в Лондоне у Каплана была персональная выставка, прославившая советскую школу литографии. Каплана прозвали «мучитель камня», он работал титанически и оставил огромное наследие. Если собрать всех художников-героев социалистического труда, лауреатов Ленинской премии, у них вместе взятых не было столько выставок, сколько у Каплана. Ему делали множество заказов, и никто из художников не принес советской стране столько валюты, сколько он. Но при этом его ни разу не выпустили на выставку за границу.
Работы Каплана висели дома у Райкина, Рязанова, Эренбурга, Маршака, Шостаковича.
Мои любимые произведения
Все работы Каплана для меня любимые. Но расскажу отдельно об одной из них. Это керамическое блюдо. На нем изображена еврейская семья, сидящая за столом, над столом – профиль Ленина. Изначально на месте профиля была изображена лампа. Но Каплану хотелось участвовать в коллективной выставке к 100-летию со дня рождения Ленина, поэтому он лампу закрасил и изобразил вождя. На блюде есть еще и надпись на идише. Когда секретарь, отвечавший за идеологическую часть, принимал выставку, то поинтересовался у председателя Союза Художников: «Что тут написано?». Тот ответил: «Это язык одного из народов СССР». Как переводилась надпись, никто не знал, поэтому блюдо для выставки взять не решились. А написано там было всего-навсего: «Хорошо жить на земле, когда хлеб есть на столе». Это блюдо висит у меня на кухне.
news.jeps.ru
Похожие статьи
